Р.Штраус "Дон Кихот". ТФО

Поделиться
6+ Симфоническая музыка
Тюменская филармония ТГФ Концертный зал
Добавить в планы

Описание

Тюменский филармонический оркестр

Солисты - Армине Назарян (виолончель), Александр Кащеев (скрипка), Павел Раменский (альт)

Программа:

Гайдн Симфония №101 «Часы»
Штраус Симфоническая поэма «Дон Кихот»


«Хитроумный идальго дон Кихот Ламанчский» - одно из грандиознейших произведений мировой литературы. На протяжении веков роман волнует читателей глубоким проникновением в человеческую психологию, широкой панорамой жизни и прежде всего — бессмертными типами дон Кихота и Санчо Пансы, воплощением благородного рыцарского идеализма и простонародного практицизма. Главный герой вызывает одновременно смех, сострадание и уважение.

Грандиозный роман вдохновил Штрауса на весьма своеобразную по форме симфоническую поэму. «Дон Кихот» - последняя из поэм Штрауса. Композитор писал её, находясь в расцвете творческих сил и имея солидный опыт в этом жанре.

В романе Сервантеса его привлекла ироничность. Вскоре после окончания произведения композитор писал о поэме: «Это очень оригинальное произведение, новое по краскам и весьма веселое, в котором герои не замечают своей глупости, но потешаются над собой». С присущей ему оригинальностью он снабдил партитуру заголовком: «Фантастические вариации на тему рыцарского характера».

В интродукции произведения (с авторской пометкой «рыцарственно и галантно») представлен герой: фанфара флейт и гобоев воплощает его жажду подвигов, устремляющаяся ввысь тема струнных — витание в облаках, лирическая мелодия солирующего гобоя на фоне аккордов арфы — мечты о прекрасной даме.

Развитие и полифоническое сплетение всех тем приводит к нарочито запутанным и нестройным звучаниям —разум дон Кихота окончательно помутился.

Следующий краткий раздел, где тему героя проводит солирующая виолончель, имеет заголовок «Дон Кихот, рыцарь Печального Образа». Резким контрастом звучит новая тема у бас-кларнета и теноровой тубы в унисон (к ним присоединяется солирующий альт). Она озаглавлена «Санчо Панса».

Первая вариация — начало странствий и борьба с ветряными мельницами. Четыре крыла, подхватившие рыцаря, символизируют равномерно, механически повторяющиеся четыре звука духовых, падение его на землю — глиссандо арфы.

Вторая вариация (с ремаркой «воинственно») — бой дон Кихота со стадом баранов. Их нестройное блеяние иллюстрируют тремоло медных с сурдинами на фоне еле слышного шелеста засурдиненных альтов.

Третья вариация — беседа дон Кихота и Санчо о жизни странствующих рыцарей. Эпизоды возвышенного склада, то героические, то лирические, характеризуют волшебную страну рыцаря; более бытовые, плясовые, с ударами бубна и треугольника, дробью малого барабана — простые земные желания оруженосца, его пословицы и поговорки.

Четвертая вариация — нападение дон Кихота на пилигримов. Их заунывное пение передано трубами, тромбонами и фаготами.

Пятая вариация — ночное бдение рыцаря, мечтающего о прекрасной даме. Солируют виолончель и валторна (ремарки: сентиментально, в свободно-декламационной манере, нежно, страстно, в духе каденции).

Шестая вариация — встреча с деревенской красоткой, которую дон Кихот называет Дульцинеей Тобосской. В грубоватый танец, звучащий у деревянных инструментов в сопровождении бубна, вплетается возвышенная мелодия солирующего альта. Так же тесно связаны между собой две следующие вариации, иронически перекликающиеся с красочными картинами из «Кольца нибелунга» Вагнера.

Седьмая вариация — скачка дон Кихота и Санчо Пансы по воздуху на деревянном коне (хотя на самом деле они сидят с завязанными глазами на скамье) — пародия на «Полет валькирий».

Восьмая — плавание в зачарованной ладье — пародия на вступление к «Золоту Рейна».

Девятая вариация — столкновение с двумя странствующими монахами, которых характеризует тема двух фаготов, излагаемая в духе строгой церковной полифонии.

Десятая вариация (финал) — последний поединок дон Кихота, в котором его побеждает сосед-бакалавр под видом рыцаря Белой Луны. Здесь повторяются темы интродукции. Грустный лирический эпилог с солирующей виолончелью рисует смерть дон Кихота.


Премьера симфонии № 101 Гайдна состоялась 3 марта 1794 года под управлением самого автора, и имела большой успех. Название «Часы», данное не автором, возникло из-за свое­образного эффекта в медленной части, как это было и с другими заголовками («Сюрприз», «Военная»).

Симфония открывается вступлением в очень медленном темпе (адажио). Минорное, с обилием хроматизмов, с линеарной темой, изложенной полифонически в средних голосах, оно развивается словно с трудом и предвещает музыку совершенно иного склада, нежели звучащее после него беззаботное, в самом быстром темпе (presto), сонатное аллегро. 

Главная партия у струнных стаккато — легкая, стремительно несущаяся вверх, — образует яркий контраст раздумьям вступления, хотя интонационно выросла из него. Особую пикантность придает ей деление не на четырехтакты, как это свойственно классической музыке, а на пятитакты. Побочные партии в поздних симфониях Гайдна нередко представляют собой переизложение главной в тональности доминанты. В этой же симфонии настроение общее, но темы самостоятельны: побочная — не столь стремительная, более камерная и женственная. В разработке обе темы драматизируются. Беззаботность возвращается в репризе. Кода представляет собой еще один вариант главной темы в иной оркестровке.

Медленная часть пронизана неумолкающим тиканьем часов — мерным ритмом сопровождения. Гайдн в излюбленной форме вариаций поражает совершенным мастерством и неистощимой изобретательностью. Певучая тема насыщена поистине вокальными колоратурами и обилием повторов, что придает ей сходство с итальянской оперной арией. В процессе варьирования она изменяет оркестровый наряд, драматизируется, приобретает тональную свободу, не свойственную классическому типу вариаций.

С изысканным анданте сопоставлен грубоватый менуэт. Динамические и фактурные контрасты, ритмические перебивки, скачки на большие интервалы рисуют картину крестьянского праздника. В трио господствует приглушенная звучность, изредка нарушаемая шумными возгласами tutti. Легко взлетающий наигрыш флейты стаккато в верхнем регистре напоминает главную тему первой части — прием, редкий в XVIII веке. Мелодия порой вступает в комическое противоречие с гармонией, возникает и юмористический диалог — флейты и фагота на расстоянии в три октавы. Заканчивается менуэт точным повторением первого раздела (da capo).

Картина народного гулянья разворачивается в финале. В постоянно возвращающейся в различных вариантах теме слышатся отголоски и оживленных пассажей первой части, и неуклюжих скачков менуэта, и юмористических диалогов его трио, и даже — кое-где — равномерного тиканья часов анданте. В этой форме рондо эпизоды контрастны. Первый — лирический, с излюбленным Гайдном изложением темы в октаву, заимствованным из практики бытового музицирования. Второй — сложное фугато, отличающееся исключительным полифоническим мастерством. Головокружительная кода утверждает основную тему в блестящем звучании валторн и труб на фоне ликующих пассажей струнных и деревянных.